С начала 2025 года в России вступил в силу ряд нормативных актов, которые существенно изменили правила доступа к архивным материалам․ На первый взгляд речь идёт о защите «интересов Российской Федерации», но на практике новые ограничения ставят под угрозу фундаментальное право граждан и исследователей на получение информации о прошлом страны․

Правовая база, регулирующая архивное дело в РФ

Федеральный закон «Об архивном деле в Российской Федерации» (№ 125‑ФЗ) устанавливает два ключевых положения:

• Статья 24 – каждый имеет право свободно искать и получать архивные документы для изучения․
• Статья 26 – ограничение доступа допускается только в трёх чётко определённых случаях:
  1. Согласно международным договорам, законодательству РФ или распоряжениям владельцев частных архивов;
  2. Если документы содержат государственную тайну, уникальные ценности или находятся в неудовлетворительном физическом состоянии;
  3. Если они раскрывают личную и семейную тайну гражданина (срок ограничения – 75 лет)․

Эти нормы гарантируют открытость архивов после истечения установленного срока и запрещают «повторное засекречивание» уже открытых материалов․

Приказ Росархива № 38 от 20 марта 2025 г․ – «Порядок отнесения документов к служебной информации ограниченного распространения»

В марте 2025 года Федеральное архивное агентство (Росархив) издал Приказ № 38, который ввёл новое, «четвёртое», основание ограничения доступа – внесение документов в перечень «служебной информации ограниченного распространения» (СИОР)․ При этом:

• Перечень СИОР формируется по предложениям федеральных органов власти и утверждается приказом Росархива;
• Сам перечень и протоколы комиссии, определяющие его состав, помечаются как «Для служебного пользования» (ДСП) и считаются документами с ограниченным доступом;
• Исследователю не раскрывается, какие именно документы включены в перечень и по какой причине․

Таким образом, исследователь оказывается в полной темноте: он не знает, какие материалы закрыты и почему․

Как работает механизм «служебной информации ограниченного распространения»

Схема действий выглядит следующим образом:

1. Федеральный орган (например, Министерство обороны, Минюст) направляет в Росархив запрос о включении определённых документов в перечень СИОР;
2. Создаётся комиссия под руководством одного из заместителей председателя Росархива; в её состав могут входить представители запрашивающих органов;
3. Комиссия принимает решение, а руководитель Росархива издаёт приказ, в котором фиксируется перечень СИОР;
4. Перечень и сам приказ получают пометку «Для служебного пользования», что делает их недоступными для публичного просмотра․

Поскольку и перечень, и протоколы являются «документами, содержащими служебную информацию ограниченного распространения», исследователь не может оспорить их содержание в суде – «основания они устанавливают сами», как отмечает исследователь Василий Редекоп․

Что именно закрывают?

По заявлению заместителя начальника департамента письменных обращений граждан и организаций Управления делами президента РФ А․ Иванова, в архивных фондах хранится около 4,5 млн открытых дел, содержащих «чувствительную информацию», раскрытие которой может представлять «потенциальную угрозу интересам Российской Федерации»․ Среди них – материалы о репрессиях 1930‑х‑х годов, дела политических заключённых, сведения о работе органов государственной безопасности․

Реальные примеры закрытия архивов

5․1 Свердловская область (Екатеринбург)

В начале октября 2025 года историки из Екатеринбурга получили отказ в выдаче дел из Государственного архива административных органов Свердловской области․ По официальной причине – действие Приказа № 38, который позволяет отнести документы к СИОР, если они могут представлять «потенциальную угрозу интересам РФ»․ Доступ теперь предоставляется только родственникам репрессированных․

5․2 Пермский краевой архив

В Пермском архиве ранее действовал принцип «если первый документ моложе 75 лет, то все последующие считаются закрытыми»․ После внедрения нового порядка некоторые дела, датированные 1930‑ми, стали недоступны даже для родственников, а исследователи получают отказ без указания конкретных причин․

5․3 Другие регионы

Подобные ограничения уже отмечаются в архивах Тульской, Калужской и Новосибирской областей․ В каждом случае отказывают в выдаче «по соображениям безопасности», ссылаясь на Приказ № 38․

Противоречия с законодательством и конституцией

• Отсутствие правовой основы – закон не предусматривает «четвёртое» основание ограничения доступа, а значит Приказ № 38 противоречит статье 26 Федерального закона 125‑ФЗ․
• Конституционный конфликт – статья 29 Конституции РФ гарантирует право на информацию․ Ограничения, вводимые «по усмотрению» Росархива, нарушают этот принцип․
• Повторное засекречивание – в РФ нет механизма повторного присвоения классификации документам, уже открытым в архивах․ Приказ № 38 фактически создаёт такой механизм «задним числом»․
• Отсутствие процедуры обжалования – решения о включении в СИОР не подлежат судебному пересмотру, что делает их «необжалуемыми»․

Мнения экспертов

Никита Петров, историк (институт истории РАН) отмечает, что Приказ нарушает как федеральный закон, так и конституционные права граждан․ По его словам, «присвоение задним числом ограничительного грифа ДСП – явное нарушение Федерального закона «Об архивном деле»․

Василий Редекоп, исследователь указывает, что «судебное обжалование бесполезно, так как они имеют право, а основания они устанавливают сами»․ Он также задаёт вопрос о том, кто будет определять, что является «ложной интерпретацией» исторических фактов․

Олег Новоселов, архивный специалист подчёркивает, что до 2025 года в архивах действовал единый порядок – документы открывались после 75‑летнего срока, а любые ограничения были строго регламентированы․ Сейчас же «незаконные» решения Росархива вводят произвольный контроль․

Последствия для науки и общества

• Сокращение исследовательского поля – историки, социологи и правозащитники теряют доступ к первоисточникам, что ограничивает возможность объективного анализа репрессий и других «неудобных» тем․
• Усиление цензуры – закрытие архивов создаёт прецедент для дальнейшего ограничения доступа к любой информации, которая может «неудобно» выглядеть для властей․
• Утрата международного доверия – зарубежные учёные и правозащитные организации могут воспринимать Россию как страну, где историческая правда скрывается, что ухудшает репутацию страны на международной арене․
• Риск правовых конфликтов – несоответствие Приказа № 38 федеральному закону может стать предметом конституционных исков, однако их перспектива сейчас выглядит сомнительной․

Что можно сделать?

1. Обратиться в Конституционный суд РФ – аргументировать, что Приказ № 38 противоречит статье 26 125‑ФЗ и статье 29 Конституции․
2. Инициировать общественное обсуждение – привлекать СМИ, научные сообщества и правозащитные организации к обсуждению проблемы․
3. Собрать международную поддержку – обратиться к международным архивным ассоциациям (International Council on Archives) с просьбой о мониторинге ситуации․
4. Публичные запросы в органы власти – требовать от Минюста и Управления делами президента разъяснений о правовых основаниях Приказа․

Новые ограничения, введённые Приказом Росархива № 38, представляют собой попытку «запретить» доступ к историческим материалам под предлогом защиты национальных интересов․ При этом они нарушают существующее законодательство, конституционные гарантии и создают прецедент произвольного закрытия архивных фондов․ Если такие практики продолжатся, Россия рискует потерять не только объективную историческую память, но и доверие к своей правовой системе․

Список использованных источников

• «Под грифом «Снова секретно»», Новая газета, 1 октября 2025 г․
• Федеральный закон № 125‑ФЗ «Об архивном деле в Российской Федерации» (доступен на официальном портале правовой информации)․
• Приказ Федерального архивного агентства № 38 от 20 марта 2025 г․ «Порядок отнесения документов Архивного фонда Российской Федерации к документам, содержащим служебную информацию ограниченного распространения»․
• Заявления и интервью исследователей Василия Редекопа, Олега Новоселова, историка Никиты Петрова (собранные из открытых публикаций и пресс‑релизов)․

---

Автор статьи: Владимир Максимов․ История, которую скрывают․