Журнал «Красный архив» (издавался в 1922–1941 гг.) занимает уникальное место в советской исторической науке. Являясь центральным органом Архивной комиссии при ЦИК СССР (позже — Главархива)‚ он стал главной площадкой для введения в научный оборот ранее секретных или недоступных документов царского периода. Тема Февральской революции 1917 года в страницах этого журнала получила одно из наиболее фундаментальных и системных освещений в советской историографии.

Значение журнала как источника по истории Февральской революции

До основания «Красного архива» исследователи (как буржуазные‚ так и ранние советские) опирались преимущественно на мемуары‚ газетные материалы и отдельные публикации Временного правительства. «Красный архив» совершил революцию в источниковедении‚ опубликовав массивы деловой переписки‚ донесений охранки‚ протоколов заседаний‚ личных бумаг ключевых фигур‚ которые хранились в архивах бывшего Дворцового управления‚ Департамента полиции‚ Охранного отделения и личных фондов Романовых.

• Дела Охранного отделения: Донесения агентов‚ перехват переписки‚ отчеты о настроениях в Петрограде за январь-февраль 1917 г.
• Архив Николая II: Дневники императора‚ переписка с императрицей Александрой Федоровной‚ телеграммы Ставки и министров.
• Документы Временного правительства: Протоколы заседаний‚ министерские репорты‚ переписка с commissарами.
• Материалы Петроградского Совета: Ранние протоколы‚ известия‚ мандиаты депутатов.

Главное преимущество публикаций в «Красном архиве», их документальная строгость. Редакция (под руководством М.Н. Покровского‚ затем И.И. Минца) стремилась к полнотекстовому изданию с научным комментарием‚ что позволяло историкам формировать собственную оценку событий‚ не опираясь исключительно на интерпретацию редакторов.

Ключевые тематические блоки публикаций

Кризис царской власти и «министерская чехарда»

В журналах 1920-х – начала 1930-х гг. были опубликованы документы‚ детально иллюстрирующие распад верха. Особое внимание уделялось:

1. Переписке Николая II с императрицей‚ где наглядно прослеживается влияние Распутина и полная отстраненность царя от реальности.
2. Документам «министерской чехарды» (смена 4-х председателей Совета министров‚ 6-х министров внутренних дел за 1915–1916 гг.).
3. Докладным запискам М.В. Родизянко и А.И. Гучекова о неминуемости краха‚ направленным к царю в конце 1916 – начале 1917 г.

Февральские дни 1917 года: Хронология и механика переворота

Самый ценный массив, документы «пятидневки» (23–27 февраля по ст. ст.). В «Красном архиве» опубликованы:

• Донесения петроградского генерал-губернатора Хабалова и начальника Охранки Булаева о ходе забастовок‚ демонстраций и действиях гарнизона.
• Телеграммы Николая II в Ставку и ответы генерала Алексеева‚ демонстрирующие нежелание верховного командования защищать трон.
• Протоколы заседаний Бюро Думы и Временного комитета Госдумы (1925‚ 1926 гг.)‚ показывающие переход либеральной оппозиции от требований «ответственного министерства» к созданию Временного правительства.
• Документы Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов — известия‚ решения Исполкома‚ манифест 27 февраля.

Роль армии и феномен «перехода гарнизона»

Журнал ввел в оборот уникальные материалы по переходу петроградского гарнизона на сторону революции. Публиковались приказы командиров частей (Волынского‚ Литовского‚ Преображенского‚ Семеновского полков)‚ рапорты офицеров о неповиновении‚ протоколы допросов офицеров после февраля. Это позволило уйти от мифа о «спонтанном народном восстании» к пониманию сложного процесса распада военной дисциплины под влиянием агитации и бездействия командования.

Отречение Николая II и судьба династии

В номерах 1920-х – 1930-х гг. были опубликованы:

• Тексты манифестов об отречении (от своего имени и от имени царевича) с вариантами редактур.
• Переписка Николая II с родственниками (великими князьями) в марте 1917 г.
• Документы по аресту царской семьи и министров старого режима.

Историографический контекст и методология публикаций

Работа «Красного архива» над Февральской революцией проходила в несколько этапов‚ отражавших смену партийной линии:

Важно отметить: Несмотря на идеологические вставки в вводные статьи и комментарии‚ сам текст документов в «Красном архиве» воспроизводился‚ как правило‚ достоверно и полно. Это делает журнал незаменимым источником и для современной постсоветской историографии.

Главные фонды‚ введенные в оборот через «Красный архив»

Для исследователя Февральской революции критически важны следующие фонды‚ впервые массово опубликованные в журнале:

• Фонд 601 (Дворцовое управление МВД / Охранное отделение): «Черная комната»‚ агентурная сеть‚ настроениябурга.
• Фонд 602 (Департамент полиции): Работа полиции во время февральских дней‚ приказы Хабалова.
• Фонд 1284 (Канцелярия Николая II): Личные дела императора‚ дневники‚ телеграммы.
• Фонд 1276 (Совет министров / Временное правительство): Дела министерств‚ протоколы заседаний.
• Фонд 1545 (Государственная Дума 4-го созыва): Материалы Временного комитета Думы.

Проблемы и ограничения источника

Используя «Красный архив»‚ современный историк должен учитывать:

1. Выборочность публикаций: Опубликовано было то‚ что вписывалось в концепцию. Материалы по деятельности большевиков в феврале (которые были слабы) часто публиковались полнее‚ чем материалы по либералам или эсерам. Документы‚ desacralизующие образ «народа» (погромы‚ линчи‚ хаос)‚ могли опускаться или даваться в сокращении.
2. Редакторские вмешательства: В 1930-х гг. комментарии становятся пропагандистскими. Тексты документов иногда очищались от «контрреволюционной лексики» (например‚ обращения «Господи»‚ «Царь-батюшка» в донесениях агентов заменялись на нейтральные синонимы или пропускались).
3. Отсутствие фондов белогвардейцев и эмигрантов: Журнал не имел доступа к архивам‚ уехавшим за границу (архив Врангеля‚ Деникина‚ личные бумаги Милюкова‚ Гучкова‚ Керенского, до их передачи в СССР в 1950–90-х гг.).
4. Утеря документов: Часть архивов Охранки и Дворцового управления была уничтожена или утеряна еще в 1917–1918 гг. «Красный архив» публикует только выжившее.

Значение для современной науки

Сегодня «Красный архив» остается базовым референс-изданием для любого серьезного исследования Февральской революции. Цитирование по «Красноархивским» томам (например: Красный архив. Т. 18. 1925. С. 3–45) является стандартом в российской исторической науке.

Цифровые проекты (Электронная библиотека «История России»‚ Руневерс‚ ЭлИБ) оцифровали полный набор журнала‚ сделав его доступным для полнотекстового поиска. Это позволило новой генерации историков (А.С. Сенин‚ Б.В. Анофриев‚ О.А. Будница‚ Л.Г. Протасова и др.) перечитать февральские события‚ используя тот же документационный массив‚ но свободно от советского идеологического ключа.

«Красный архив» совершил подвиг по спасению и публикации документальной памяти о Февральской революции. Без его томов наша картина событий февраля 1917 года была бы построена исключительно на мемуарах и газетных выдумках. Журнал предоставил «костяк» документальной базы: телеграммы Николая II‚ донесения охранки‚ протоколы Думы и Совета.

Однако‚ работая с этим источником‚ необходимо помнить о его двойной природе: это и сокровищница первоисточников‚ и продукт своего времени‚ наложившего на документы печать сталинской историографии. Задача современного исследователя, отделить зерно документальной правды от плевел идеологического комментария‚ используя «Красный архив» в комплексе с вновь открытыми фондами РГАСПИ‚ ГАРФ‚ РГВИА и эмигрантскими архивами.

Рекомендуемые тома «Красного архива» для изучения Февральской революции:

1. Т. 6 (1923) — «К истории Февральской революции» (первые документы Охранки).
2. Т. 18 (1925) — «Февральская революция» (основной том: Дума‚ Совет‚ гарнизон‚ отречение).
3. Т. 27 (1926) — «Февральская революция и Временное правительство» (деятельность Временного комитета Думы).
4. Т. 37 (1929), «К вопросу о Февральской революции» (сборник статей и документов к 12-летию).
5. Т. 60 (1934), «Отречение Николая II» (документы царской семьи‚ Ставки‚ генералов).
6. Т. 92 (1939) — «Великая Октябрьская социалистическая революция» (том 1: подготовка‚ включает ретроспективу февраля).